Ключи Александра Мельникова

Наталия Сухолит
 
Творчество киевского живописца Александра Мельникова пронизано символикой. В каждой работе сокрыты ключи к пониманию тех устремлений, которые художник вкладывает в пространство холста, щедро одаривая его декоративностью, тщательно прописывая каждый сантиметр. Картины Мельникова – вневременны и сакральны. Палитра определена охристыми настроениями автора, который позиционирует себя художником «теплых» тонов. 
Александр Мельников имеет солидный послужной список и сотрудничает с лучшими мировыми галереями и арт-центрами (Канада, Франция, Швейцария, Монако). Автор справедливо замечает, что найти другого художника, работающего в такой же манере, нереально. По крайней мере, в Украине и ближнем зарубежье. Художник выработал уникальный авторский технический подход в работе с красками и разбавителями, которые дают картине неповторимый колорит и прозрачность. Овладение лессировочными техниками не случилось вдруг и не стало внезапным озарением, а явилось следствием и результатом долгих и кропотливых поисков, длящихся не один год. 
Александр Мельников получил классическое академическое образование в Одесском государственном художественном училище им. Грекова и в Национальной академии искусств и архитектуры (мастерская академика В.В. Шаталина). Впрочем, основной учебный процесс происходил не в стенах уважаемых заведений. Молодой художник увлекался и смотрел, изучал и буквально впитывал работы Михаила Нестерова и Павла Корина, Дмитрия Жилинского и Виктора Попкова. Позже пришло увлечение Дали,  Россетти, Милле и другими. Глубокое погружение в различные эпохи и направления в итоге вылилось в совершенно новое видение искусства и того, что хотелось бы создавать. Сегодня можно говорить о том, что у Александра Мельникова сформировался собственный авторский стиль и своеобразный живописный язык, в котором прослеживаются многие отголоски, как например, гиперреализма, прерафаэлитов и даже едва уловимые штрихи, уводящие тонкими незримыми нитями в готику. Но, тем не менее, картины Александра Мельникова удивительно современны и актуальны, буквально насыщены символизмом, романтикой и мистериями. 
Кто они, герои Александра Мельникова? В чем их магнетизм? Автор немногословен, приглашает зрителя размышлять самостоятельно и лишь подчеркивает, что в работах не встретить портретов конкретных людей. Все образы – собирательны.  Мужские образы, переходя из работы в работу, часто, хотя и не всегда, облачены в рыцарские доспехи и латы – как символ мужественности и отваги, символ, дающий понять, что изображен защитник, человек, принимающий решения и берущий ответственность. Если углубиться в анализ отдельных работ, то можно встретить отголоски рыцарских повествовательных романов и встретить на холсте элементы той эпохи – может быть, меч короля Роланда или даже легендарный Эскалибур короля Артура, чашу Грааля. Часто встречаются патриции – мужи, преисполненные мудрости, достоинства и чести, в соответствующих аристократическому статусу одеяниях. Лишь в некоторых работах автор дает подсказки о героях, которые читаются в названиях работ, как, например, «Философ» (2008) или «Пират» (2006).
Чаще всего мужские образы возникают в контексте присутствия Прекрасной Дамы – женского образа, которых в творчестве Александра Мельникова большинство. Прекрасные Дамы – музы, подруги, любовницы, соперницы – все они восхитительны и обозначены неземной невесомостью и одухотворением. Каждая из них одарена художником прекрасными чертами лица и царскими одеяниями. Каждую из них сопровождает история, сказка, легенда, написанная, как здесь и сейчас, так и много тысячелетий тому назад. Холст «Колдунья» (2011) мы вполне можем соотнести, например, с мифической Каллипсо, на много лет чарами пленившей Одиссея на своем острове. У «Колдуньи» Мельникова все тот же традиционный колдовской набор – мистические шары, сосуды с магическими зельями, морские раковины, способные вызывать в человеке галлюцинации и безумие, а также животное у ног – как символ тварности и плоти всего живого. В «Колдунье» Мельникова животное – леопард, коварно и опасно. Оно может погубить человека. Художник не иллюстрирует конкретную легенду, он лишь пытается помочь понять те составляющие, которые существуют в мире. И то, что они внешне прекрасны, не умаляет истинной ужасающей составляющей объекта и не списывает недостатки за счет достоинств. В картине четко прочитывается буквально священный ужас самого автора, пытающегося предупредить и упредить. Все это – в ярко-красном фоне и в полутенях-полу-фигурах, которые можно читать на заднем плане.   
Образы Александра Мельникова созерцательны и статичны, отдаленно напоминают застывшие статуи и смотрят на мир как бы со стороны, давая ему оценку. Практически в каждой работе  – театральность постановки и церемониал. Перед нами раскрывается галерея образов современников, в которые умышленно не введены эмоции, отсутствуют личностные характеристики. Сюжет картины может быть прочитан только в контексте восприятия и изучения всей работы и ее символики. И какой эта история получиться – решать самому зрителю. Александр Мельников уверен, что публичное выражение эмоций – удел плебеев и поэтому чувственная составляющая отсутствует в его полотнах. Но лишь иногда, в некоторых из работ можно встретить тревожный, испытующий взгляд. Британский писатель, художник и теоретик искусства Джон Рескин (ХІХ век) писал: «Высшее, что может сделать искусство, – это представить истинный образ благородного человеческого существа. Оно никогда не делало больше этого; оно не должно делать меньше этого».
В отдельных работах Александра Мельникова много чувственности и страсти. Часто женские образы предстают перед зрителем полуобнаженными. Словно автор не в силах удержаться от соблазна передать красоту великолепной пастушки («Пастушки», 2009) или грацию пластичной актрисы («Актрисы», 2000) . Ох уж это сентиментально-романтическое «неизвестное», которое под кистью Мельникова становится таким «притягательным»! Нам неведомы истинные причины, которыми руководствовался автор, создавая эти полотна. Но мы можем понимать, что под бесстрастным, почти случайным поцелуем кроется запретность и соблазн – источник вдохновения и падений («Поцелуй», 2003). Мы не знаем, как провела героиня полотна «Утро» (2006) ночь, но догадываемся, что она подарит героине чудесное будущее, в которое она верила, к которому стремилась и приложила немало усилий, чтобы задуманное свершилось. 
Картины Александра Мельникова наделены особой силой и моментально магнетизируют, стоит лишь бросить на них взгляд. Внимание способны зацепить многие детали и элементы. Будь то грозный леопард или почти что домашний белый носорог. Впрочем, животные присутствуют практически в каждой картине Александра Мельникова и могут считаться теми «ключами», которые дают многие подсказки в непростом мире символики и романтики автора. Чаще всего на холстах Мельникова изображен кот. Автор не скрывает своей симпатии к этим домашним питомцам и не комментирует их постоянное присутствие в картинах. В мифологиях различных эпох – древнегреческой и древнеегипетской, римской, скандинавской и китайской кот предстает мощным мистическим зверем, способным повелевать и управлять, общаться с миром потусторонних сил. Именно кот наделен царственными полномочиями и символизирует то плодородие и плодовитость то, ровно наоборот – разрушительные силы, несущие зло и силы тьмы. Коты Александра Мельникова созидательны и умиротворены, взирают на зрителя с царственным величием. Они являются добрыми друзьями и постоянными флегматично-инфантильными спутниками героев в различных жизненных ситуациях. Что ни кошачий взгляд, то сплошная сценическая драматургия – уж не лукавит ли пушистый друг под маской меланхоличности и простоты?
Появление в некоторых картинах тигров и леопардов выглядит продолжением «кошачьей» темы с намеком на неоднозначность и опасность ситуаций. С какими намерениями появились дамы перед одиноким господином в работе «Гостьи» (2010)? Можно предположить, что присутствие тигра в пространстве картины указывает на истинные намерения. Да еще недоверчивый взгляд хозяина наталкивает на тревожные мысли об истинных намерениях гостей непрошенных.        
Натюрморт – отдельная страница творческой биографии Александра Мельникова, хотя, на редком холсте художника события разворачиваются не на фоне натюрморта. Состав натюрморта практически одинаков – металлические сосуды, стеклянные шары, цветы – и переходит из картины в картину все с тем же тонким намеком на события, чувства и эмоции, в которые вовлечены герои картин Мельникова. Чуть было не обмолвилась «романов Мельникова», хотя такая формулировка была бы близка духу и настрою автора. Мельников – автор глубокого и проникновенного рассказа, истории, легенды, которую можно прочитать, домыслить и преобразить. Художник позволяет зрителю быть самостоятельным и не торопиться открывать карты и давать ключи к пониманию работ – во многом следует поработать, чтобы понять мир бесподобных образов, грации и потрясающего мастерства Александра Мельникова.